Женя касаткин – Женя Касаткин. Время горящей спички (сборник)

Опубликовано

Женя Касаткин. Время горящей спички (сборник)

Женя Касаткин

В седьмом классе к нам пришел новый ученик Женя Касаткин. Они с матерью жили в деревне и приехали в село, чтобы вылечить Женю. Но болезнь его — врожденный порок сердца — была неизлечимой, и он умер от нее на следующий год, в мае.

Круглые пятерки стояли в дневнике Жени, только по физкультуре был прочерк, и хотя по болезни он не учился по две-три недели, все равно он знал любой урок лучше нас. Мне так вообще было хорошо, я сидел с ним на одной парте. Мы подружились. Дружба наша была неровна — он не мог угнаться за нами, но во всем остальном опережал. Авторучки были тогда редкостью, он первый изобрел самодельную. Брал тонкую-тонкую проволочку, накручивал ее на иголку и полученную пружинку прикреплял снизу к перышку. Если таких пружинок было побольше, то ручка зараз набирала столько чернил, что писала целый урок. Такое вечное перо он подарил и мне. А я спросил:

— Как называется твоя болезнь?

Он сказал. Я написал на промокашке: «Окорок сердца». Так мне это показалось остроумно, что я не заметил его обиды.

Пришла весна. Когда вода в ручье за околицей вошла в берега, мы стали ходить на него колоть усачей. Усачи — небольшие рыбки — жили под камешками. Как-то раз я позвал Женю. Он обрадовался. Матери его дома не было, и Женя, глядя на меня, пошел босиком. Земля уже прогрелась, но вода в ручье была сильно холодная, ручей бежал из хвойного леса, и на дне, особенно под обрывами, еще лежал шершавый лед. Вилка была одна на двоих.

Чтобы выхвалиться перед Женькой своей ловкостью, я полез первым. Нужно было большое терпение, чтобы подойти, не спугнув, сзади. Усачи стояли головами против течения. Как назло, у меня ничего не получалось, мешала дурацкая торопливость.

Женька зашел вперед, выследил усача и аккуратно наколол его на вилку, толстенького, чуть не с палец. А я вылез на берег и побегал, чтоб отогреть ноги. У Женьки получалось гораздо лучше, он все брел и брел по ледяной воде, осторожно поднимая плоские камни. Банка наполнялась.

Солнце снизилось, стало холодно. Я даже на берегу замерз, а каково было ему, шедшему по колени в воде. Наконец и он вылез на берег.

— Ты побегай, — посоветовал я. — Согреешься.

Но как же он мог побегать — с больным-то сердцем? Мне бы ему ноги растереть. Да в конце концов, хотя бы матери его сказать, что он замерз, но он не велел говорить, где мы были, всех усачей отдал мне. Дрожал от холода, но был очень доволен, что не отстал от меня.

Его снова положили в больницу.

Так как он часто там лежал, то я и не подумал, что на этот раз из-за нашей рыбалки.

Мы бежали на луга за диким луком и по дороге забежали в больницу. Женька стоял в окне, мы кричали, принести ли ему дикого лука. Он написал на бумажке и приложил к стеклу: «Спасибо. У меня все есть».

— Купаться уже начали! — кричали мы. — На Поповском озере.

Он улыбался и кивал головой. Мы отвалились от подоконника и помчались. От ворот я оглянулся — он стоял в окне в белой рубахе и смотрел вслед.

Раз не надо, то мы и не принесли ему дикого лука. На другой день ходили есть сивериху — сосновую кашку, еще через день — жечь траву на Красную гору, потом снова бегали за диким луком, но он уже зачерствел.

На четвертый день, на первой перемене, учительница вошла в класс и сказала:

— Одевайтесь, уроков не будет. Касаткин умер.

И все посмотрели на мою парту. Собрали деньги. Немного, но добавила учительница. Без очереди купили в школьном буфете булок, сложили в два портфеля и пошли.

В доме, в передней, стоял гроб. Женькина мать, увидев нас, запричитала. Другая женщина, как оказалось, сестра матери, стала объяснять учительнице, что вскрытия не делали, и так ясно, что отмучился.

Ослепленные переходом от солнечного дня к темноте, да еще и окна были завешены, мы столпились у гроба.

— Побудьте, милые, — говорила мать, — я вас никого не знаю, все Женечка о вас рассказывал, побудьте с ним, милые. Не бойтесь…

Не помню его лица. Только белую пелену и бумажные цветы. Цветы эти сестра матери снимала с божницы и укладывала вдоль доски. Это теперь я понимаю, Женя был красивый. Темные волосы, высокий лоб, тонкие пальцы на руках, покрасневшие тогда в ледяной воде. Голос у него был тихим, привыкшим к боли.

Мать говорила:

— Вот эту книжечку он читал, да не дочитал, положу с ним в дорожку.

И она положила в гроб, к левой руке Жени, книгу, но какую, не помню, хотя мы и старались прочесть название.

Когда мы засобирались уходить, мать Жени достала из его портфеля самодельное вечное перо и попросила нас всех написать свои имена.

— Пойду Женечку поминать, а вас всех запишу за здравие. Живите, милые, за моего Женечку.

Подходили к столу и писали на листке из тетради по немецкому языку. Ручки хватило на всех. Написала и учительница. Одно имя, без отчества.

Хоронили Женю Касаткина назавтра. Снова было солнце. Ближе к кладбищу пошли лужи, но все равно мы не ставили гроб на телегу, несли на руках, на длинных расшитых полотенцах. Менялись на ходу и старались не останавливаться — за этим следила сестра матери, — остановка с покойником была плохой приметой. Наша учительница и еще одна вели под руки мать Жени.

А когда на этих же полотенцах стали опускать гроб, то мы с Колькой, который один из всех мальчишек плакал — он был старше нас, вечный второгодник, и Женя занимался с ним, — мы с Колькой спрыгнули в могилу и приняли гроб: Колька в изголовье, я — в ногах.

Потом все подходили и бросали по горсти мокрой земли.

И, уже вернувшись в село, мы никак не могли разойтись, пришли к школе и стояли всем классом на спортплощадке. Вдоль забора тянулась широкая скамья, под ней еще оставался лед. Кто-то из ребят начал пинать этот лед. Остальные тоже.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

religion.wikireading.ru

Читать онлайн книгу Время горящей спички (сборник)

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 26 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]

Назад к карточке книги
Деточки

– А мы колядовать собираемся, – сообщил мне накануне Рождества соседский мальчик. – В прошлом году ходили, целую сумку набрали, и деньги даже давали.

– А что вы говорите, когда славите?

Мальчик задумался:

– Ну, в общем наряжаемся, Ромка – девчонкой, Мишка – ужастиком. Я так намазываюсь: щеки и нос красным, а глаза черным.

– Да, – согласился я, – это страшновато. Попробуй тут не положи в мешок… Мы тоже ходили в детстве. Я кое-что помню. Вы придите ко мне, что-нибудь разучим.

Мальчик умчался и мгновенно вернулся с друзьями. Они сказали, что говорят так: «Славите, славите, вы меня не знаете. Отворяйте сундучки, доставайте пятачки и конфеточки».

– А дальше? – спрашиваю.

– А дальше нам что-нибудь дадут, и мы идем дальше.

– Так зачем же вы тогда приходили, разве только за конфетами? Вы идете на Рождество, вы несете весть о рождении Сына Божьего. Вот главное в колядках. Давайте так… Вот вы говорите свои стихи и добавляйте после «конфеточек»: «Если будет и печенье, то прочтем стихотворенье». Его надо прочесть, если даже и не дадут печенья. Заучите: «В небе звездочки горят, о Христе нам говорят. У людей всех торжество – наступило Рождество». Это же радость – сообщить такую весть. Вы вестники счастья, спасения… Я раз видел вас в церкви. Как там поют? Заучили? «Слава в вышних Богу…»

Мальчики подхватили:

– На земли мир, в человецех благоволение!

– Вот. И тропарь Рождеству… Знаете наизусть?

– Это Данила знает и Георгий, они батюшке помогают. Они тоже будут ходить.

Мои новые знакомые убежали, и когда вечером раздался бодрый стук в окно, я понял, что это они. Я был готов к встрече, сходил днем за пряниками, конфетами, печеньем. Пришли не только они, а целая группа, человек десять, – со звездой, пением коляды: «Коляда, коляда, открывайте ворота». Меня осыпали горстью зерна и дружно запели: «Христос рождается, славите, Христос с небес, срящите, Христос на земли, возноситеся». Кого только не было среди колядочников. Снегурочка с длинной мочальной косой, красавица в кокошнике, мальчик почему-то в иностранной шляпе, другой мальчик, раскрашенный разнообразно, третий в халате со звездами… Они дружно пропели тропарь: «Рождество Твое, Христе Боже наш, возсия мирови свет разума…», а потом пошли хороводом с припевкой: «А мы просо сеяли, сеяли».

Я уж старался вознаградить такое усердие, как вдруг, болезненно охнув, повалилась на пол девчушка с косой. Все они вскрикнули, да так натурально, испуганно, что у меня сердце чуть не оборвалось. Мгновенно стал соображать, у кого из соседей есть телефон, чтобы звонить в больницу. Тут же думал: чего ей плохо? Или уморилась от голода, или, наоборот, конфет переела…

– Доктора, доктора! – кричали дети. И только когда явился «доктор», важный мальчик с нарисованными на лице очками, я с радостью понял, что все это нарочно. Доктор важно щупал пульс, глядя на часы, разогнулся, помолчал и сокрушенно вздохнул:

– Медицина здесь бессильна.

– Знахаря, знахаря! – закричали девочки.

Пришел и знахарь в зипуне и лаптях. Стал обращаться с больной крайне небрежно: подергал за руки, за ноги. Сказал:

– Народная медицина здесь тоже бессильна.

Вслед за этим они гениально выдержали томительную паузу. Больная лежала как мертвая. Потом та девочка, что звала доктора, всплеснула руками:

– Ой, я знаю, знаю! Ее спасут хоровод, танцы и песни! И вы с нами, – сказала девочка, – ее же надо оживлять!

Конечно, как я мог не участвовать в оживлении такой красавицы с длинной косой. Мы прошли хороводом, пропели коляду. Я вспомнил давнее свое детство: «Я, малый хлопчик, принес Богу снопчик. Боже, снопчик прими, меня сохрани – и тятю, и маму, и нашу избу, и нашу деревню, и нашу судьбу».

Красавица ожила. Мы выпили лимонада, заели печеньем и пряниками. Вскоре они ушли. Но на прощание заставили спеть девочку, которая стояла в сторонке и молчала. И она, отчаянно стесняясь и тиская в руках варежки, тоненьким голоском запела:

 
Я была-ходила в город Вифлеем
И была в вертепе, и видала в нем,
Что Христос Спаситель, Царь, Творец и Бог
Родился во хлеве и лежит убог.
И когда я Деве сделала вопрос,
Отчего так плачет маленький Христос,
Дева мне сказала: «Плачет Он о том,
Что Адам и Ева взяты в плен врагом
И что образ Божий, данный их душам,
Отдан в поруганье злобнейшим врагам…»
 

Девочка не допела, вдруг расплакалась и выскочила за дверь.

Мальчики смущенно переминались:

– У нее длинная песня, она еще поет о розах, которые Христос раздал детям, а Себе оставил шипы от роз…

Ушли деточки. Ушли в лунную ночь, скрипя валеночками по рождественскому снегу. А лампадка красная в углу, будто звездочка, сошедшая с небес, пришла и остановилась у святых икон.

Первая исповедь

В Сережином классе у многих ребят не было отцов. То есть они были живы, но жили отдельно. Кто сидел в тюрьме, кто куда-то уехал и не оставил адреса. Сережин отец приходил раз в месяц и приносил подарки. Достанет игрушку, они сыграют в шашки, и он скоро уходит. Даже чаю не попьет. Мама и бабушка в это время сидели на кухне. В последнее время отец стал давать Сереже и деньги. Бабушка ворчала: «Ишь как ловко устроился: от сына откупается».

Но Сережа любил отца. И мама, это чувствовалось, тоже его любила, хотя никогда не просила остаться. Деньги от отца Сережи не брала. А ему на что: мороженое ему и так покупали.

– Давай деньги в церковь отнесем, – предложил Сережа. Они с мамой любили ходить в церковь.

– Давай, – сразу согласилась мама. – И тебе пора наконец на исповедь.

– Какие у него грехи? – вмешалась бабушка. – Куда ты его потащишь!

– А пойдем вместе, бабушка! – сказал Сережа.

– Я век прожила и уж как-нибудь проживу, – отвечала бабушка. – Я честно работала, не воровала, вино не пила, не курила – какая мне исповедь?

Мама только вздохнула. Вечером они с Сережей прочли, кроме вечерних молитв, акафист Ангелу-хранителю, а утром встали пораньше, ничего не ели, не пили и пошли в церковь.

– А что батюшке говорить? – волновался Сережа.

– Что спросит, то и говорить. Сам же знаешь, в чем грешен. С бабушкой споришь…

– Она больше меня спорщица! – воскликнул Сережа. – Она вообще так зря ругается!

– Вот уже и осуждаешь, – заметила мама. – Даже если бабушка и не права, нельзя осуждать. Она же пожилой человек. Ты доживешь до ее лет, еще неизвестно, каким будешь.

В церкви они купили свечи и пошли в правый придел, где вскоре началось исповедование. Вначале отец Виктор читал общую молитву и строго спрашивал, лечились ли у экстрасенсов, ходили ли на проповеди приезжих гастролеров, различных сектантов… Потом вновь читал молитву, говоря время от времени: «Назовите свои имена». И Сережа вместе со всеми торопливо, чтоб успеть, говорил: «Сергей».

Впереди Сережи стояла девочка его лет, может чуть постарше. В руках она держала листочек из тетради, на котором было крупно написано: «Мои грехи». Конечно, подглядывать было нехорошо, но Сережа невольно прочел, успокаивая себя тем, что это как будто обмен опытом. Было написано на листке: «Ленилась идти в детсад за братом. Ленилась мыть посуду. Ленилась учить уроки. В пятницу выпила молока».

Сережа прочел и охнул. Нет, у него грехи были покруче. С уроков с ребятами в кино убегал. Кино было взрослое и неприличное. А посуда? Сережа не то чтоб ленится, но тянет время. Он знает, что бабушка заставляет его, а потом сама вымоет. А вчера его посылали в магазин, а он сказал, что надо учить уроки, а сам болтал целый час по телефону с Юлей, всех учителей просмеяли…

Ну вот и Сережина мама пошла к батюшке. Видно, что плачет. Батюшка укрывает ее склоненную голову епитрахилью, крестит сверху и отпускает. Сережа собрался с духом, перекрестился и подошел к батюшке. Когда тот попросил говорить о своих грехах, то у Сережи вдруг вырвалось само собой:

– Батюшка, а как молиться, чтобы папа стал с нами все время жить?

– Молись, милое дитятко, молись своим сердечком. Господь даст по вере и молитвам.

И еще долго говорил батюшка с Сережей.

А потом было причастие. И эти торжественные слова «Причащается раб Божий Сергей…» – а в это время хор пел: «Тело Христово приимите, источника бессмертного вкусите». Сережа причастился, поцеловал чашу, со скрещенными руками подошел к столику, где ласковая старушка подала ему крохотный серебряный ковшик со сладкой водичкой и мягкую просфору.

Дома радостный Сережа ворвался в комнату к бабушке и закричал:

– Бабушка! Ты бы знала, сколько у меня грехов! А ты говорила! Не веришь? А вот пойдем, пойдем вместе в следующий раз.

А вечером вдруг позвонил папа. И Сережа долго говорил с ним. А в конце он сказал:

– Папа, а ведь это неинтересно – по телефону говорить. Давай без телефона. Мне, папа, денег не надо и игрушек не надо. Ты так просто приходи. Придешь?

– Приду, – сказал отец.

– Нет, ты совсем приходи, – сказал Сережа.

Отец промолчал.

Вечером Сережа долго молился.

Женя Касаткин

В седьмом классе к нам пришел новый ученик Женя Касаткин. Они с матерью жили в деревне и приехали в село, чтобы вылечить Женю. Но болезнь его – врожденный порок сердца – была неизлечимой, и он умер от нее на следующий год, в мае.

Круглые пятерки стояли в дневнике Жени, только по физкультуре был прочерк, и хотя по болезни он не учился по две-три недели, все равно он знал любой урок лучше нас. Мне так вообще было хорошо, я сидел с ним на одной парте. Мы подружились. Дружба наша была неровна – он не мог угнаться за нами, но во всем остальном опережал. Авторучки были тогда редкостью, он первый изобрел самодельную. Брал тонкую-тонкую проволочку, накручивал ее на иголку и полученную пружинку прикреплял снизу к перышку. Если таких пружинок было побольше, то ручка зараз набирала столько чернил, что писала целый урок. Такое вечное перо он подарил и мне. А я спросил:

– Как называется твоя болезнь?

Он сказал. Я написал на промокашке: «Окорок сердца». Так мне это показалось остроумно, что я не заметил его обиды.

Пришла весна. Когда вода в ручье за околицей вошла в берега, мы стали ходить на него колоть усачей. Усачи – небольшие рыбки – жили под камешками. Как-то раз я позвал Женю. Он обрадовался. Матери его дома не было, и Женя, глядя на меня, пошел босиком. Земля уже прогрелась, но вода в ручье была сильно холодная, ручей бежал из хвойного леса, и на дне, особенно под обрывами, еще лежал шершавый лед. Вилка была одна на двоих.

Чтобы выхвалиться перед Женькой своей ловкостью, я полез первым. Нужно было большое терпение, чтобы подойти, не спугнув, сзади. Усачи стояли головами против течения. Как назло, у меня ничего не получалось, мешала дурацкая торопливость.

Женька зашел вперед, выследил усача и аккуратно наколол его на вилку, толстенького, чуть не с палец. А я вылез на берег и побегал, чтоб отогреть ноги. У Женьки получалось гораздо лучше, он все брел и брел по ледяной воде, осторожно поднимая плоские камни. Банка наполнялась.

Солнце снизилось, стало холодно. Я даже на берегу замерз, а каково было ему, шедшему по колени в воде. Наконец и он вылез на берег.

– Ты побегай, – посоветовал я. – Согреешься.

Но как же он мог побегать – с больным-то сердцем? Мне бы ему ноги растереть. Да в конце концов, хотя бы матери его сказать, что он замерз, но он не велел говорить, где мы были, всех усачей отдал мне. Дрожал от холода, но был очень доволен, что не отстал от меня.

Его снова положили в больницу.

Так как он часто там лежал, то я и не подумал, что на этот раз из-за нашей рыбалки.

Мы бежали на луга за диким луком и по дороге забежали в больницу. Женька стоял в окне, мы кричали, принести ли ему дикого лука. Он написал на бумажке и приложил к стеклу: «Спасибо. У меня все есть».

– Купаться уже начали! – кричали мы. – На Поповском озере.

Он улыбался и кивал головой. Мы отвалились от подоконника и помчались. От ворот я оглянулся – он стоял в окне в белой рубахе и смотрел вслед.

Раз не надо, то мы и не принесли ему дикого лука. На другой день ходили есть сивериху – сосновую кашку, еще через день – жечь траву на Красную гору, потом снова бегали за диким луком, но он уже зачерствел.

На четвертый день, на первой перемене, учительница вошла в класс и сказала:

– Одевайтесь, уроков не будет. Касаткин умер.

И все посмотрели на мою парту. Собрали деньги. Немного, но добавила учительница. Без очереди купили в школьном буфете булок, сложили в два портфеля и пошли.

В доме, в передней, стоял гроб. Женькина мать, увидев нас, запричитала. Другая женщина, как оказалось, сестра матери, стала объяснять учительнице, что вскрытия не делали, и так ясно, что отмучился.

Ослепленные переходом от солнечного дня к темноте, да еще и окна были завешены, мы столпились у гроба.

– Побудьте, милые, – говорила мать, – я вас никого не знаю, все Женечка о вас рассказывал, побудьте с ним, милые. Не бойтесь…

Не помню его лица. Только белую пелену и бумажные цветы. Цветы эти сестра матери снимала с божницы и укладывала вдоль доски. Это теперь я понимаю, Женя был красивый. Темные волосы, высокий лоб, тонкие пальцы на руках, покрасневшие тогда в ледяной воде. Голос у него был тихим, привыкшим к боли.

Мать говорила:

– Вот эту книжечку он читал, да не дочитал, положу с ним в дорожку.

И она положила в гроб, к левой руке Жени, книгу, но какую, не помню, хотя мы и старались прочесть название.

Когда мы засобирались уходить, мать Жени достала из его портфеля самодельное вечное перо и попросила нас всех написать свои имена.

– Пойду Женечку поминать, а вас всех запишу за здравие. Живите, милые, за моего Женечку.

Подходили к столу и писали на листке из тетради по немецкому языку. Ручки хватило на всех. Написала и учительница. Одно имя, без отчества.

Хоронили Женю Касаткина назавтра. Снова было солнце. Ближе к кладбищу пошли лужи, но все равно мы не ставили гроб на телегу, несли на руках, на длинных расшитых полотенцах. Менялись на ходу и старались не останавливаться – за этим следила сестра матери, – остановка с покойником была плохой приметой. Наша учительница и еще одна вели под руки мать Жени.

А когда на этих же полотенцах стали опускать гроб, то мы с Колькой, который один из всех мальчишек плакал – он был старше нас, вечный второгодник, и Женя занимался с ним, – мы с Колькой спрыгнули в могилу и приняли гроб: Колька в изголовье, я – в ногах.

Потом все подходили и бросали по горсти мокрой земли.

И, уже вернувшись в село, мы никак не могли разойтись, пришли к школе и стояли всем классом на спортплощадке. Вдоль забора тянулась широкая скамья, под ней еще оставался лед. Кто-то из ребят начал пинать этот лед. Остальные тоже.

Армянка

Памяти Н. К. Красноперовой

Чебрец и ковыль по сторонам сухой, пока прохладной дороги. Под скалой, перед последним поворотом к морю широкий низкий домик. Море не видно от дома, его закрывает скала.

Седая старуха у калитки. У ее ног грязный, похожий на подбитого беркута, индюк.

Я шел к морю, поздоровался, попросил воды. Старуха молча пошла к дому. За ней побежал индюк. Вернулась с плоской глиняной чашкой. Я шагнул навстречу.

– Э-э! – остановила старуха. – Ты приезжий человек, ты голыми ногами идешь не по дороге. А тырса?

Я напился, хотел выплеснуть остатки воды. Старуха отняла чашку, поставила на землю. Из чашки начал пить индюк.

Старуха ногой пододвинула мне небольшой ржавый топор.

– Отруби ему голову.

– Что вы! – испугался я.

– Пф! – отозвалась старуха. – Я женщина, я не смогу. Ты мужчина, не бойся, он не ущипнет, он как собака ходит за мной.

– Нет-нет, – ответил я, – нет. Спасибо за воду. Я иду к морю.

– Зачем тебе море? Что море! Посмотри на небо – вот тебе море. Я живу здесь и не хочу видеть море. Зачем? Отруби ему голову. Никто не хочет рубить ему голову. Третий день я стою у дороги и прошу. Никто!

– Простите, я не смогу.

– Ты рыбачишь и вырываешь у рыбы крючок. Тоже кровь и тоже хочет жить, а ее кушать? Ты хочешь сказать, что человек – бог на земле? И всех ест?

Индюк послушал наш разговор, стукнул клювом в пустую чашку, потерся розовой на просвет бородой о длинную юбку старухи.

Скала, закрывающая домик от моря, перестала быть четко очерченной: поднималось солнце.

Старуха устала и села. Примирительно сказала:

– Жарко. Я жила в горах, там ветер. Село Гайкадзор. – Повела рукой. – Это значит: армянский свет.

Я поправил старуху:

– Гайкадзор в переводе – ущелье Гайка.

Старуха шевельнулась:

– Ты пойди и посмотри – это свет.

– Гайк и Армен – это два богатыря, основатели армянского народа.

– Богатыри, да. Я армянка, мой муж армянин. Его изрубили саблями. Ты спроси где. У моря. Почему? В Армении нет морей. Он сказал: я пойду – и ушел. Я была гордая и не легла у порога. Ты спроси: где его могила? Ее нет. Мне сказали, я приехала. Зачем мне море? Я подошла один раз, плюнула в него и ушла.

Старуха выпростала ноги из разбитых старых туфель.

– Мне плохое сказали: изрубили на куски. Я ждала десять лет. За десять лет можно прийти откуда хочешь. Он не пришел, значит, не врали. Я знаю, он стоял на этой скале, вверху, видишь? И бросал их в воду, как паршивых скотов.

Она устала говорить. Кажется, ей безразлично, слушают ли ее. Индюк разгреб лапами пыль и улегся.

– Садись.

Я сел.

– Рыбу не кормишь из рук, ее не жалко? Надо жалеть. Человек – нехороший человек. Все животные хотят к нему, он бьет. А когда ему плохо, лошадь не отойдет и собака приходит на могилу. Зачем я не увижу больше белого Масиса? Масис, мы зовем Масис. Это вы зовете: Арарат.

Солнце вставало позади скалы. Воздух, прогретый с солнечной стороны, поднимался вверх. Скала дымилась. Невидное нам со старухой море уже было освещено, и спокойное утро возвращало солнечный свет небу.

Начинали трещать цикады. К морю потянулись отдыхающие. Старуха смотрела на них. Это были: женщины в сарафанах или шортах, детишки в трусиках и панамках, мужчины с резиновыми ластами и масками в руках. Старуха презрительно смотрела.

– Ни один не убьет. Всем страшно. Кушать – да. Смелые.

– Но почему тогда вы меня позвали?

– Ты встал раньше из них. – И продолжала: – Люди плохие. Было давно, Бог обиделся на людей…

– За что?

– Слушай. Лишил людей хлеба. Стали умирать. Тогда одна собака три дня, три ночи выла и просила у Бога хоть один колосок, чтоб посеять хлеба. И Бог пожалел собаку и бросил в землю зерно.

Я осмелился и погладил индюка. Он стерпел, но отодвинулся.

– Так зачем индюка убивать. Если люди плохие, за что их индюком кормить?

Старуха потерла поясницу:

– Кто сказал: плохие? Это давно собака выла. Когда теперь ночью воет, просто боится за нас.

– Вы сказали: зачем тебе море? А если долго думать о нем! – Я заговорил, поглядывая на старуху, будто оправдывался, зачем пришел к морю. – Я все детство мечтал стать моряком. Три лета сидел на пожарной вышке, следил за лесом, это далеко, на севере. Синие леса шли по горизонту. И когда я увидел море, оно показалось похожим на лес. Оно тоже сливалось с небом.

– Ты моряк?

– Нет.

– Тогда почему мечтал?

Цикады уже замолчали, отдыхающие прошли. Тихое потрескивание и шуршание слышалось на скале, отсыхали и скатывались с нее камешки.

Я молчал. Каждый человек столько переживает, что у редких остаются силы примерить переживания других на себя. Некому рассказать. Но если некому, то, может быть, не важно то, что прожито. Но разве живешь для того, чтоб потом рассказать?

Старуха схватилась рукой за спинку скамьи, поднялась, выпрямилась. И я увидел, какая она высокая. Тоже поднялся, собираясь уйти.

– Ты говоришь: за что обиделся? Как будто не за что! За жадность. Вот когда нет хлеба, тогда понимают, что нечего делить и незачем уходить из дому.

Старуха вдруг засмеялась:

– Индюка купили. Я говорю: убей, я сготовлю. Нет. А фронтовик. – Она объяснила: – Человек у меня живет. Зимой пишет, я не отвечаю: знает – приезжай, живи. Я говорю: сам убей, – жалеет. Здесь в эту войну воевал. Жалеет, а кушать будет.

На вершину скалы уже больно было смотреть. Вершина покраснела и вплавлялась в небо.

– Значит, ваш муж был на этой скале?

– Да. Он подумал: наступает смерть – и пошел вверх. Мой муж. Богатырь, правильно ты сказал.

Она подобрала топор и чашку:

– Значит, не отрубишь ему голову?

– Нет.

– Молодец! – сказала старуха. – Сурен тоже не убил бы. Пф! Курицу жалел.

Она толкнула ногой индюка. Индюк открыл глаза, вскочил, встряхнулся и побежал за старухой.

Вологодская старуха

Со старухой в поезде ехала. Да не как-нибудь – в плацкартном вагоне. В общий-то сейчас не больно народ загонишь.

Старуха эта вологодская, я вятская. Земля одинаковая, и жизни сходятся. Я чего вспомню, она поддерживает: эдак, эдак! Чего, говорит, дочери везу, так не поверишь, засмеешь. «А что такое?» И смех и горе, говорит, в гости со своей ложкой еду. Раскрывает чемодан – полный ложек-писанок. Дочь ее просила привезти: нынче, написала, ложки деревянные за редкость считают. Еще заказывала старинную икону, но икону мать не повезла: уж это-то не ложка.

Тут и я в свою сумку полезла. Смеюсь: «Погли-ко, а я-то чего сыну везу – дымковскую вятскую игрушку».

Не дивно ли, игрушки, а не продовольствие везем? Вспомнили, как по три мешка картошки таранили, на муку меняли…

Вот сказала, что со старухой ехала. Только мы и в том сошлись, что не старухи мы, хоть и бабушки. Хоть пословица и есть: старый старится, молодой растет, да на самом деле старый живет, а молодой все жить думает. Старые к месту определились, а молодые мечутся.

Первая внучка родилась – ну, говорю своему мужику: здравствуй, дедушка! Нет, отвечает, мать, не буду дедушкой зваться, пока сама внучка не назовет. Не заждался, году не прошло – заговорила. Я его поддразниваю: бороду отпускай, сказки рассказывай. Так-то бы он много чего порассказывал, много наизусть знает, старая закалка, да внучку увезли. Тут телеграмма от сына: вторая внучка, потом у среднего внук, да так до семи и догнали. Не при нас живут, все наездами. Или мы к ним. Хорошо принимают, не пообидишься, но поживешь, и домой тянет. Дом есть дом.

Сейчас дежурной в гостинице работаю, на командировочных насмотрелась. Номера у нас теплые, телевизор стоит, поломытье каждый день, а редчайший случай, чтоб кто-то домой не торопился…

Назад к карточке книги "Время горящей спички (сборник)"

itexts.net

План-конспект урока на тему: Урок внеклассного чтения "До боли в сердце жалко мне детей, страдающих недугом" по рассказу В.Н.Крупина "Женя Касаткин"

Министерство образования и науки Республики Татарстан

Институт развития образования Республики Татарстан

Бугульминский центр повышения квалификации

работников образования ИРО РТ

Методическая разработка урока внеклассного чтения

в форме заседания творческих микрогрупп

по рассказу В.Н.Крупина «Женя Касаткин»

с презентационной программой

Выполнена

учителем русского языка и литературы высшей квалификационной категории

Зелено-Рощинской основной общеобразовательной школы

Бугульминского муниципального района

Республики Татарстан

Мутагировой Ириной Федоровной

                                                    Бугульма, 2016 год

Цель: Знакомство с творчеством писателя В.Н. Крупина и его рассказом «Женя Касаткин».

Задачи:

1) познакомить учащихся с жизнью и творчеством В.Н. Крупина;

2) формировать понятия «милосердие», «жалость», «сочувствие», «сострадание», «альтруист»;

3) формировать умение анализировать художественный текст;

4) воспитывать чувство сочувствия и сострадания.

Оборудование:

  • портрет писателя В.Н. Крупина,
  • текст рассказа В.Н. Крупина «Женя Касаткин»,
  • презентация к уроку

(слайд 1)

УЧИТЕЛЬ:  Доброе утро всем присутствующим в нашем классе: и вам, дорогие ребята, и Вам, уважаемые коллеги. Я желаю всем добра, а главное, как говорит ведущий телевизионной программы Геннадий Петрович Малахов: «Доброго нам всем здоровьечка».

Да, от здоровья зависит жизнь человека. А жизнь, как свеча, может долго гореть, а может сразу погаснуть. Мы зажигаем свечу и надеемся, что она будет гореть до конца, но как бывает обидно, когда она гаснет преждевременно.

Сегодня на уроке мы будем говорить о том, что, к сожалению, жизнь бывает порой жестока к людям, что мы иногда оказываемся в трагических ситуациях, изменить которые невозможно.

(слайд 2)

Итак, тема урока:  «До боли в сердце жалко мне детей, страдающих недугом» по рассказу Владимира Николаевича Крупина «Женя Касаткин». Наш урок пройдет в форме заседания творческих микрогрупп.

Ребята, ответьте на вопрос: вы написали хорошее сочинение, его учитель зачитывает в классе перед всеми учащимися, но не называет вашего имени, вам будет обидно?

УЧЕНИКИ:  Конечно, обидно.

УЧИТЕЛЬ:  Поэтому было бы несправедливо говорить о рассказе «Женя Касаткин», ничего не сказав о его авторе.

К сегодняшнему уроку вы все выполняли те задания, которые выбрали сами. Как знать, может быть, выполнение этих заданий подтолкнет вас к выбору вашего взрослого жизненного пути.

Итак, я предоставляю слово творческой микрогруппе «Биографов», которая работала под руководством сельского библиотекаря Ирины Владимировны.

(слайд 3)

БИБЛИОТЕКАРЬ:  Выполняя задание, мы с группой «Биографы» нашли в фонде библиотеки книги Владимира Крупина, а так же заглянули на страницы Интернет-энциклопедии. И сейчас расскажем о том, что нам запомнилось и что нас удивило.

(слайд 4)

БИОГРАФ  1:  Владимир Николаевич Крупин родился в деревне Кильмезь Кировской области в 1941 году. Родители были глубоко верующими людьми. Его детство легло на голодный конец войны и на тяжелое послевоенное время. Рассчитывая только на свои собственные силы, пробивался к образованию и высокой культуре. Мне кажется, у Владимира Николаевича получаются интересными рассказы потому, что он сам шел сложным жизненным путем: работал слесарем, грузчиком, служил на Северном флоте.

Окончив Московский областной педагогический институт, работал учителем в школе, затем журналистом на телевидении, редактором журнала «Москва», преподавал в духовной академии.

 (слайд 5)

БИОГРАФ  2:  Им написано более 30 книг. А начинал Крупин, как и многие, со стихов. Но известным стал благодаря первому сборнику рассказов «Зерна» (1974).

Писатель и сегодня продолжает работать, создавая произведениями, которые притягивают своей искренностью, открытостью, совестливостью, готовностью всегда прийти на помощь. Это очень важно в наши дни.

 (слайд 6)

БИОГРАФ  1:  Нас удивило то, что он одним из первых открыто заявил о себе как о писателе православном. Своих героев Владимир Николаевич оценивает с точки зрения соблюдения ими библейских заповедей. Писатель проверяет, есть ли у них совесть, умеют ли они любить, прощать, делать добро.

(слайд 7)

БИОГРАФ  2:  Владимир Николаевич считает, что только любовью друг к другу, к Родине, к дедовским могилам мы одолеем зло. Читая его рассказы, мы понимаем: автор через слово хочет помочь людям стать лучше.

(слайд 8)

БИБЛИОТЕКАРЬ:  Выполняя задание, мы обратились к переписке учеников нашей школы с Владимиром Николаевичем, которая состоялась в 2008 году.

БИОГРАФ  1:  Тогда в письме ребята просили писателя рассказать о детских годах, о прототипе героя рассказа «Женя Касаткин».

(слайд 9)

БИОГРАФ  2:  Владимир Николаевич не только ответил на вопросы, но и прислал книгу «От застолья до похмелья», в которой много маленьких рассказов. В своём письме он так и написал: «Ведь вам некогда читать большие».

(слайд 10)

БИБЛИОТЕКАРЬ:  На книге он оставил автограф и послание: «Моим самым лучшим читателям… Интернет хорош как справочник и помощник, но когда он начинает пожирать ваше время, вашу волю, - бегите от него. Любите Россию, другой нет и не будет».

В этом году мы возобновили переписку с Владимиром Николаевичем. К нашему большому сожалению, осуществить видеосвязь по Интернету у нас не удалось, но мы воспользовались электронной почтой и задали писателю интересующие нас вопросы:

(слайд 11)

БИОГРАФ  2:  Первый вопрос звучал так: ваше отношение к проблеме двуязычия?

БИОГРАФ  1: Человек хочет говорить на родном языке детства, и как же ему это запретить? Я вырос среди русских, татар, марийцев, удмуртов, жили мы всегда очень и очень дружно. В Татарстане решили разумно, и подали пример всем остальным: мы в России, у нас будет два языка.

БИОГРАФ  2:  Вопрос второй: есть ли у вас друзья-писатели в Татарстане?

БИОГРАФ  1: Да, были это – Диас Валеев, Гариф Ахунов.

БИОГРАФ  2:  И третий вопрос: кто такой патриот в вашем понимании?

(слайд 12 природа)

БИБЛИОТЕКАРЬ:  Быть патриотом – знать, что твоя родина лучше всех. Да, она наша мама, а мама для каждого ребёнка самая лучшая. И когда ей хорошо, и когда ей, тем более, плохо, мы с нею, и никакие заграничные радости нам не нужны. Мы на родине, мы здесь родились, и мы отсюда уйдём в вечность. Сердечно всех приветствую. Прошу вспоминать дедушку Володю.

БИОГРАФ  1:  Мы прочитали не одно произведение Владимира Николаевича Крупина, но рассказ «Женя Касаткин» оставил глубокий след в нашей душе.

УЧИТЕЛЬ:  Спасибо, девочки. Мы все видим, что вы старались свое задание выполнить хорошо.

(слайд 13)

Давайте  отдохнем.

Погляди на солнце,

В стороны всмотрись    

И Земле родимой низко поклонись.

Ты присядь на травку,

Грудью всей вдохни,

От трудов своих немножко отдохни.

Мы идем дальше. Прежде чем приступить к анализу рассказа «Женя Касаткин», давайте передадим содержание этого рассказа от 3 лица, и я предоставляю творческой микрогруппе «Мастеров пересказа».

(слайд 14)

ПЕРЕСКАЗЧИК:  Повествование ведется от лица автора, его героя я назвала Володей.

Володя рассказывает, что к ним в 7 класс пришел ученик, которого звали Женя Касаткин. Женя болел неизлечимой болезнью: пороком сердца, поэтому из деревни семья переехала в село, чтобы вылечить Женю. Он учился очень хорошо. Хотя по болезни он пропускал очень часто занятия, но любой урок знал лучше всех.

Володя говорит, что ему сидеть с Женей было очень хорошо, что они подружились, но дружба их была неравна. Неравна потому, что Женя не мог угнаться за ребятами, но зато он изобрел авторучку. Он и другу своему подарил такую авторучку.

Однажды на уроке Володя спросил: «Как называется твоя болезнь?» Женя ответил, а Володя решил написать на промокашке «окорок сердца». Ему показалось это остроумно, он не подумал, что Жене было очень обидно.

Весной ребята ходили на речку и ловили усачей, которые жили под камешками. Однажды Володя и Женя пошли на речку. Вода была очень холодная. Володя решил выхвалиться и полез первым в воду, но колоть рыбу у него не получалось. А у Жени банка быстро наполнялась. Он ловил очень аккуратно.

Из-за того, что Женя около километра шел в ледяной воде, он попадает в больницу. В больнице ребята его навещали, рассказывали о своих делах и желали ему здоровья. Но произошла трагедия: на 4 день Женя умер. Как и полагается в таких случаях, весь класс и учительница пришли к гробу Жени.

Для мамы Жени уход сына был трагедией, и она просит всех одноклассников сына написать на тетради свои имена. Она сказала, что будет вспоминать всех за здравие. Хоронили Женю все. Учительница вела по руку маму Жени.

После похорон весь класс не расходился домой. Ребята долго стояли на спортивной площадке, молчали и «пинали» лед ногами. Они не могли понять и осознать, что Жени больше нет с ними рядом, что он умер.

(слайд 15)

УЧИТЕЛЬ:  Спасибо. А теперь, ребята, нам всем вместе необходимо поговорить об этом очень нужном и важном рассказе.

Скажите, ребята, вам этот рассказ понравился?

УЧЕНИК  1:  Да, мне рассказ «Женя Касаткин» очень понравился. Он растрогал мою душу. Речь идет о нашем сверстнике. У него вся жизнь была впереди, но смерть оказалась сильнее. Разве может такой рассказ оставить кого-то равнодушным? Мы все люди, а людям свойственно сочувствие и сострадание.

УЧИТЕЛЬ:  А что в нем такого, что подкупает читателя?

УЧЕНИК  2:  Мне кажется, что такие рассказы просто так не пишутся. Это исповедь души. Необычное начало. Писатель сразу говорит о смерти, и эти слова заставляют нас настроиться на очень серьезное чтение.

УЧИТЕЛЬ:  Какие проблемы В. Н. Крупин затрагивает в рассказе?

УЧЕНИК  3:  По-моему, здесь несколько проблем: проблема здоровья человека, проблема человеческих взаимоотношений, проблема сочувствия и сострадания по отношению друг к другу.

УЧИТЕЛЬ:  Жалко ли вам Женю? Почему?

УЧЕНИК  4:  Конечно, очень жалко. Когда человек умирает, нам всегда его жалко, но когда он молод, его жалко вдвойне. Женя никого не обидел, он очень добрый, у него чистая душа.

УЧИТЕЛЬ:  Что отличало Женю от остальных?

УЧЕНИК  5:   Я считаю, что Женю отличало от остальных его благородство, терпимость, умение помочь другим, никогда не жаловаться на свою болезнь. Он начал изобретать, например, авторучку.

 (слайд 16)

УЧИТЕЛЬ:  Можно ли считать кого-то виноватым в смерти Жени?

УЧЕНИК  6:  Я думаю, что никто не виноват, ведь порок сердца в то время не могли вылечить.

УЧЕНИК  7:  А я считаю, что в какой-то мере Володя виноват, потому что не отговорил Женю не лезть в ледяную воду. А на уроке пишет на листке: «окорок» сердца, тем самым проявляет жестокость и обижает Женю. Мы иногда бываем жестоки по отношению друг к другу.

УЧИТЕЛЬ:  Можно ли, словом ранить человека?

УЧЕНИК  8:  Я считаю, что словом можно ранить человека, слово имеет большую силу.

(слайд 17)

УЧИТЕЛЬ:  Ребята, у поэта Владимира Солоухина есть хорошее стихотворение о силе слов. Послушайте его и сделайте для себя выводы.

Когда ты хочешь молвить слово,

Мой друг, подумай, не спеши,

Оно бывает то сурово,

То рождено теплом души.

Оно то жаворонком вьется,

То медью траурной поет,

Покуда слово сам не взвесишь,

Не выпускай его в полет!

Им можно радости прибавить

И радость людям отравить,

Им можно лед зимой расплавить

И камень в крошку раздолбить.

Оно одарит иль ограбит,

Пусть ненароком, пусть шутя,

Подумай, как бы им не ранить,

Того, кто слушает тебя!

(слайд 18)

Ребята, мы с вами знаем, что деталь художественного произведения может играть важную роль в идейном замысле писателя. Обратимся к тексту и зачитаем эпизод, изображающий Женю в больнице.

Каким мы видим Женю из окна больницы?

УЧЕНИК  9:  (зачитывает) «Он улыбался и кивал головой. Мы отвалились от подоконника и помчались. От ворот я оглянулся - он стоял в окне в белой рубахе и смотрел вслед».

УЧИТЕЛЬ:  Как вы думаете, случайно ли автор изображает Женю в белой рубашке?

УЧЕНИК  10:  Я считаю, что не случайно, потому что Женя чист душой.

УЧИТЕЛЬ:  Вы должны были узнать, что означает белый цвет?

УЧЕНИК  11:  Я советовалась с библиотекарем. Из энциклопедии я узнала, что белый цвет – это цвет чистоты, непорочности, невинности. Белый цвет символизирует добродетель и радость.

УЧИТЕЛЬ:  Кого еще в этом рассказе мы очень жалеем?

УЧЕНИК  12:  Мне очень жалко маму Жени.

УЧИТЕЛЬ:  Да, ребята, я с вами согласна. Для матери ее дитя самое дорогое, и когда происходит беда, то на сердце матери остается шрам на всю жизнь.

Быть матерью – это огромная ответственность. Посмотрите на экран, перед вами репродукции картин разных времен и народов. На картинах изображены женщины с младенцами на руках.

(слайды 19 – 22)

Как вы думаете, почему лица матерей грустны?

УЧЕНИК  13:  По-моему, они счастливы, но они переживают за своих детей. Что их ожидает в жизни? Мне кажется, что души матерей полны тревоги.

УЧИТЕЛЬ:  Вы, ребята, правильно мыслите. Быть матерью – это прекрасная и сложная миссия. И мы искренне жалеем маму Жени. Ей невыносимо тяжело будет продолжать жить после такой утраты.

(слайд 23)

УЧИТЕЛЬ:  Кто из друзей Жени плакал?

УЧЕНИК  14:  Плакал Коля. Это мальчик, с которым занимался Женя.

УЧИТЕЛЬ:   Я попрошу вас обратиться к тексту и прочитать последний эпизод.

Что скрывается за «пинанием» снега после похорон Жени?

УЧЕНИК  15:  Я думаю, что ребятам очень жалко Женю. Они потрясены его смертью. Смерть трудно понять и осознать.

УЧИТЕЛЬ:   Какие чувства пробудило чтение рассказа «Женя Касаткин»?

УЧЕНИК  16:  После чтения рассказа я испытал чувство горького сожаления, сочувствия и сострадания.

 (слайд 24)

УЧИТЕЛЬ:  Давайте посмотрим на доску и прочтем значения этих слов.

Кого же мы можем назвать альтруистом?

УЧЕНИК  1:  Альтруистом мы можем назвать Женю.

УЧИТЕЛЬ:  Ребята, у меня этот рассказ вызвал особые чувства. Мне как матери «до боли в сердце жалко детей, страдающих недугом». Мне не хотелось, чтобы Женя умирал, а остался жив.

Мы, конечно, не имеем права изменить рассказ известного писателя, это не этично, но все же, если бы Вам предоставили право завершить рассказ иначе, как бы вы его завершили?

Я предоставляю слово творческой группе «Соавторов».

(слайд 25)

СОАВТОР  1(читает свою концовку): «Женя улыбался и кивал головой. Мы отвалились от подоконника и помчались. От ворот я оглянулся – он стоял в окне в белой рубахе и смотрел вслед.

В этом году мы его больше не увидели. Дело в том, что на следующий день в нашу поселковую больницу приехал из Германии доктор Карл Мюллер. Он приехал, чтобы поделиться опытом. Моя мама рассказала мне, что этому доктору очень понравился Женя, и он решил увезти его в Германию, чтобы там провести операцию на сердце. Чтобы Женя не тосковал по дому, доктор пригласил и маму Жени.

А через год наш Женька приехал бодрый и здоровый.

Теперь мы все учимся в 9 классе, потому что наш Женя не только в Германии лечился, но и много читал. Когда он приехал домой, то за лето изучил все предметы, которые мы изучали в 8 классе. Так что наш Женька молодец, мы очень рады за него».

СОАВТОР  2:  «Мы часто навещали Женю в больнице. Наша учительница, Вера Ивановна, однажды сказала нам: «Ребята, как же помочь Жене?» Она потом долго молчала, наверно что-то придумывала. Через неделю мы узнали, что нашего Женю увозят в город Москву лечить. Оказывается, наша Вера Ивановна написала письмо в Министерство здравоохранения в Москву. Она слезно просила помочь ее ученику. И из Министерства пришел вызов в больницу, где лечат сердце.

И вот уже 3 года подряд, каждое лето Женя ездит в Москву лечиться. После такого лечения он чувствует себя хорошо, но от уроков физкультуры все равно освобожден. Мы, мальчишки, всегда предлагаем ему самую важную должность: быть судьей на различных соревнованиях. Мы верим, что когда-нибудь наш Женя будет вместе с нами гонять мяч по футбольному полю».

(слайд 26)

УЧИТЕЛЬ:  Читая рассказ, вы, ребята, обратили внимание на то, что нет ни одной иллюстрации. Творческой группе «Иллюстраторов» необходимо было проиллюстрировать рассказ «Женя Касаткин». Давайте послушаем, что у них получилось.

ИЛЛЮСТРАТОР  1 (представляет свой рисунок):  Когда я прочитала этот рассказ, я поняла, что самое большое счастье для человека – это его здоровье. Мне тоже очень жалко Женю. Он рос талантливым мальчиком.

Я, конечно, не художник, но на своей картине я изобразила Женю Касаткина, сидящего на берегу реки. Он ловит рыбу. Вокруг него цветущая природа. Его взгляд устремлен не на удочку, а куда-то вперед. Наверно, он мечтает о своей дальнейшей жизни, о выздоровлении. Мечтает заниматься спортом, бегать, прыгать, поэтому он задумчив. Свою картину я назвала «Мечты Жени».

ИЛЛЮСТРАТОР  2:   Свою работу я назвала «Если б ни эта рыбалка…». Я изобразила тот самый эпизод, когда Женя идет по речке в ледяной воде, ловит усачей и аккуратно накалывает их на вилку. Володя в это время кладет пойманных им усачей в ведро. Я изобразила солнце, заходящее за горизонт. Это символично: после ловли усачей жизнь Жени тоже «закатится», т.е. он умрет.

ИЛЛЮСТРАТОР  3:   Я свою работу назвала «Наш просторный класс». Я изобразила класс, в котором учился Женя. Он очень просторный, уютный. Мне кажется, что здесь Жене было хорошо, здесь он забывал о своей болезни, здесь общался с друзьями. Женины друзья будут еще долго вспоминать его, а на парту, за которой сидел их друг, будут класть живые цветы»

УЧИТЕЛЬ:  Спасибо. Я вижу, что вы старались и с заданием справились.

А мы идем дальше. У творческой микрогруппы «Музыковедов» было задание: подобрать музыкальное оформление к последней сцене рассказа. Давайте послушаем, что у них получилось.

(слайд 27)

МУЗЫКОВЕД:  Получив задание, мы обратились к учителю музыки Инне Владимировне. Она нам посоветовала музыкальные произведения

немецкого композитора Лю́двига ван Бетхо́вена,

советского композитора Дми́трия Шостаковича,

итальянского композитора Э́ннио Моррико́не

американского композитора Билла Конти.

Нам понравилась «Прелюдия № 5» Дмитрия Шостаковича. Слушая эту музыку, можно думать о чем-то серьезном. В данном случае о безвременной кончине Жени Касаткина, о том, почему так несправедлива жизнь, почему нельзя было спасти Женю.

(слайды 28)

(звучит «Прелюдия №5»Шестоковича)

(слайд 29)

УЧИТЕЛЬ:  Ребята, мы с вами увидели, что в рассказе «Женя Касаткин» автор, В.Н. Крупин, поднимает очень важные проблемы и одна из них – это здоровье детей.

Скажите, в наши дни существует такая проблема?

(слайд 30)

Из письма Владимира Крупина: «Дорогие ребята, к ответам присоединяю еще несколько рассказов. Возможно, что-то вы читали, а что-то нет. Говорю еще раз спасибо вам и Вашим учителям за внимание к моему творчеству. Это внимание поддерживает и дает силы работать и жить.

Желаю вам хорошего настроения, хороших оценок. Хочу, чтобы вы были добрыми и благодарными сыновьями и дочерьми своих родителей, любознательными, уважающими своих учителей учениками, любите родину, большую и малую. Хотя родина малой не бывает, потому что любимая.

Ваш В.Н.Крупин»

(слайд 31)

УЧИТЕЛЬ:  Спасибо, ребята, вы все молодцы. Вы все справились со своими заданиями. Но главное, я увидела, вы растете людьми, понимающими чужую боль, способны сочувствовать и сострадать. И мне хочется пожелать еще раз всем нам: и Вам, уважаемые коллеги, и вам, дорогие ребята, крепкого-крепкого здоровья.

Мудрец Востока Омар Хайям говорил: «Здоровье не купишь, никто не продаст, его берегите, как сердце, как глаз», а еще помните:

Подвижный, быстрый человек

Гордится стройным станом.

Сидящий сиднем целый век,

Подвержен всем изъянам.

(слайд 28)

Пусть никакой недуг не погасит свечу вашей жизни, пусть огонь свечи ярко горит всю вашу жизнь и согревает сердца других людей.

(слайд 29)

Домашние задания:

Подготовиться к читательской конференции:

  • прочитать рассказы В.Н. Крупина «О’кейные дети. Доставка пиццы», «Холодный камень»,
  • ответить на вопросы,
  • заполнить читательский дневник.

Душевно можно пива попить с другом на берегу речки, а духовность - это жертвенность, самоограничение, это путь нелегкий, но вместе с тем радостный.

Как быстро бежит жизнь, наша жизнь скоротечна, как горящая спичка.

Приложение

Из переписки с православным писателем

Владимиром Николаевичем Крупиным:

Учитель:  Выполняя задание, мы с группой «Биографы» нашли в фонде библиотеки книги Владимира Крупина, а так же заглянули на страницы Интернет-энциклопедии. И сейчас расскажем о том, что нам запомнилось и что нас удивило.

Ученица 1:  Владимир Николаевич Крупин родился в деревне Кильмезь Кировской области в 1941 году. Родители были глубоко верующими людьми. Его детство легло на голодный конец войны и на тяжелое послевоенное время. Рассчитывая только на свои собственные силы, пробивался к образованию и высокой культуре. Мне кажется, у Владимира Николаевича получаются интересными рассказы потому, что он сам шел сложным жизненным путем: работал слесарем, грузчиком, служил на Северном флоте.

Окончив Московский областной педагогический институт, работал учителем в школе, затем журналистом на телевидении, редактором журнала «Москва», преподавал в духовной академии.

 (слайд 4)

Ученица 2:  Им написано более 30 книг. А начинал Крупин, как и многие, со стихов. Но известным стал благодаря первому сборнику рассказов «Зерна» (1974).

Писатель и сегодня продолжает работать, создавая произведениями, которые притягивают своей искренностью, открытостью, совестливостью, готовностью всегда прийти на помощь. Это очень важно в наши дни.

 (слайд 5)

Ученица 1:  Нас удивило то, что он одним из первых открыто заявил о себе как о писателе православном. Своих героев Владимир Николаевич оценивает с точки зрения соблюдения ими библейских заповедей. Писатель проверяет, есть ли у них совесть, умеют ли они любить, прощать, делать добро.

(слайд 6)

Ученица 2:  Владимир Николаевич считает, что только любовью друг к другу, к Родине, к дедовским могилам мы одолеем зло. Читая его рассказы, мы понимаем: автор через слово хочет помочь людям стать лучше.

Учитель:  Выполняя задание, мы обратились к переписке учеников нашей школы с Владимиром Николаевичем, которая состоялась в 2008 году.

Ученица 1:  Тогда в письме ребята просили писателя рассказать о детских годах, о прототипе героя рассказа «Женя Касаткин».

Ученица 2:  Владимир Николаевич не только ответил на вопросы, но и прислал книгу «От застолья до похмелья», в которой много маленьких рассказов. В своём письме он так и написал: «Ведь вам некогда читать большие».

Учитель:  На книге он оставил автограф и послание: «Моим самым лучшим читателям… Интернет хорош как справочник и помощник, но когда он начинает пожирать ваше время, вашу волю, - бегите от него. Любите Россию, другой нет и не будет».

В этом году мы возобновили переписку с Владимиром Николаевичем. К нашему большому сожалению, осуществить видеосвязь по Интернету у нас не удалось, но мы воспользовались электронной почтой и задали писателю интересующие нас вопросы:

Ученица 1:  Первый вопрос звучал так: ваше отношение к проблеме двуязычия?

Крупин:  Человек хочет говорить на родном языке детства, и как же ему это запретить? Я вырос среди русских, татар, марийцев, удмуртов, жили мы всегда очень и очень дружно. В Татарстане решили разумно, и подали пример всем остальным: мы в России, у нас будет два языка.

Ученица 2:  Вопрос второй: есть ли у вас друзья-писатели в Татарстане?

Крупин:  Да, были это – Диас Валеев, Гариф Ахунов.

Ученица 1:  И третий вопрос: кто такой патриот в вашем понимании?

    Крупин:  Быть патриотом – знать, что твоя родина лучше всех. Да, она наша мама, а мама для каждого ребёнка самая лучшая. И когда ей хорошо, и когда ей, тем более, плохо, мы с нею, и никакие заграничные радости нам не нужны. Мы на родине, мы здесь родились, и мы отсюда уйдём в вечность.

Ученица 2:  Мы прочитали не одно произведение Владимира Николаевича Крупина, но рассказ «Женя Касаткин» оставил глубокий след в нашей душе.

СОАВТОР  1(читает свою концовку): «Женя улыбался и кивал головой. Мы отвалились от подоконника и помчались. От ворот я оглянулся – он стоял в окне в белой рубахе и смотрел вслед.

В этом году мы его больше не увидели. Дело в том, что на следующий день в нашу поселковую больницу приехал из Германии доктор Карл Мюллер. Он приехал, чтобы поделиться опытом. Моя мама рассказала мне, что этому доктору очень понравился Женя, и он решил увезти его в Германию, чтобы там провести операцию на сердце. Чтобы Женя не тосковал по дому, доктор пригласил и маму Жени.

А через год наш Женька приехал бодрый и здоровый.

Теперь мы все учимся в 9 классе, потому что наш Женя не только в Германии лечился, но и много читал. Когда он приехал домой, то за лето изучил все предметы, которые мы изучали в 8 классе. Так что наш Женька молодец, мы очень рады за него».

СОАВТОР  2:  «Мы часто навещали Женю в больнице. Наша учительница, Вера Ивановна, однажды сказала нам: «Ребята, как же помочь Жене?» Она потом долго молчала, наверно что-то придумывала. Через неделю мы узнали, что нашего Женю увозят в город Москву лечить. Оказывается, наша Вера Ивановна написала письмо в Министерство здравоохранения в Москву. Она слезно просила помочь ее ученику. И из Министерства пришел вызов в больницу, где лечат сердце.

И вот уже 3 года подряд, каждое лето Женя ездит в Москву лечиться. После такого лечения он чувствует себя хорошо, но от уроков физкультуры все равно освобожден. Мы, мальчишки, всегда предлагаем ему самую важную должность: быть судьей на различных соревнованиях. Мы верим, что когда-нибудь наш Женя будет вместе с нами гонять мяч по футбольному полю».

ИЛЛЮСТРАТОР  1 (представляет свой рисунок):  Когда я прочитала этот рассказ, я поняла, что самое большое счастье для человека – это его здоровье. Мне тоже очень жалко Женю. Он рос талантливым мальчиком.

Я, конечно, не художник, но на своей картине я изобразила Женю Касаткина, сидящего на берегу реки. Он ловит рыбу. Вокруг него цветущая природа. Его взгляд устремлен не на удочку, а куда-то вперед. Наверно, он мечтает о своей дальнейшей жизни, о выздоровлении. Мечтает заниматься спортом, бегать, прыгать, поэтому он задумчив. Свою картину я назвала «Мечты Жени».

ИЛЛЮСТРАТОР  2:   Свою работу я назвала «Если б ни эта рыбалка…». Я изобразила тот самый эпизод, когда Женя идет по речке в ледяной воде, ловит усачей и аккуратно накалывает их на вилку. Володя в это время кладет пойманных им усачей в ведро. Я изобразила солнце, заходящее за горизонт. Это символично: после ловли усачей жизнь Жени тоже «закатится», т.е. он умрет.

ИЛЛЮСТРАТОР  3:   Я свою работу назвала «Наш просторный класс». Я изобразила класс, в котором учился Женя. Он очень просторный, уютный. Мне кажется, что здесь Жене было хорошо, здесь он забывал о своей болезни, здесь общался с друзьями. Женины друзья будут еще долго вспоминать его, а на парту, за которой сидел их друг, будут класть живые цветы»

МУЗЫКОВЕД:  Получив задание, мы обратились к учителю музыки Инне Владимировне. Она нам посоветовала музыкальные произведения

немецкого композитора Лю́двига ван Бетхо́вена,

советского композитора Дми́трия Шостаковича,

итальянского композитора Э́ннио Моррико́не

американского композитора Билла Конти.

Нам понравилась «Прелюдия № 5» Дмитрия Шостаковича. Слушая эту музыку, можно думать о чем-то серьезном. В данном случае о безвременной кончине Жени Касаткина, о том, почему так несправедлива жизнь, почему нельзя было спасти Женю.

nsportal.ru

Отправить ответ

avatar
  Подписаться  
Уведомление о